knight

Таки Бетунья (журнал "Байкал")

Из рассказов, опубликованных в журнале «Байкал»(https://www.facebook.com/profile.php?id=100008338637571)

Оберточная бумага в розовых сердечках с треском порвалась, и захваченная врасплох Таки Бетунья заглянула в небольшое круглое зеркало в деревянной раме.

Отражение ухмыльнулось и выпучило глаза в притворном ужасе. Глазные яблоки вывалились из орбит и покатились, оставляя влажные дорожки, по стремительно ветшающим щекам. Кости проступили под тающей кожей. Неопрятный череп в подсыхающих струпьях весело клацнул челюстями, и в зазеркальную глубину посыпались зубы.

«Уложилась в три секунды, — подумала Таки, — чувствуется тренировка!» 

Она аккуратно положила зеркало на стол стеклом вниз и сердечно улыбнулась тете Бель:

— Какая прелесть! 

По сравнению с часами, украшенными ангелочками, страдающими от ожирения, зеркало было просто отличным. Даже жаль, что оно так быстро разобьется.

— То-то же! Гм! — худые теткины руки суетливо потрогали спинку стула и проверили пуговку на растянутой кофте. — Ты ведь девочка… кхм! А в доме — ни одного зеркала! У тебя такой интересный молодой… кхе!.. человек, тебе нужно — кхаа!— заботиться о своей… э-эм!.. внешности!

— Ну, если уж он ухитрился найти что-то в милой Таки даже без зеркала... — двоюродная сестра Миртл округлила губки, пухлым мизинцем сняла табачную крошку с помады и бросила на Курца томный взгляд из-под безукоризненно наклеенных ресниц.

Read more...Collapse )
knight

Раз-два-три-четыре (журнал "Байкал")

Из рассказов, опубликованных в журнале «Байкал»(https://www.facebook.com/profile.php?id=100008338637571)

Ветер выл в щелях рам и злобно окатывал дом целыми ведрами воды. Молнии выхватывали из полумрака комнаты десяток картонных ящиков у стены — все мое хозяйство в новой жизни. На экране ноута доктор Ватсон вел уклончивую беседу с психотерапевтом, а я валялась на ковре и под издевательские раскаты грома с мрачным упорством приканчивала бутылку вина.

Эту бутылку — и еще две в запасе — мы должны были раздавить с Катькой. Но в последний момент — прости-прости-прости, дорогая, у Йотама рвота, у Саги понос, у Сашки температура, обязательно еще обмоем твое новоселье, чмок-чмок, держись! — Катька не пришла, и теперь на блюде засыхали сыр и багет, а вино никак не растворяло душный ком в горле.

Я переехала два дня назад. Какое счастье, если подумать, что не успели сыграть свадьбу, не купили квартиру, не завели детей. Как просто оказалось разбежаться. Хвостиком махнули — и нет пяти лет вместе. И меня нет. Исчезла. Так привыкла быть «мы», что не могу больше быть просто «я».

Неделю назад, придя с работы, я нашла разоренный дом и записку: «У меня серьезные отношения с другой женщиной. Ты ее не знаешь. Вещи забрал. Пришли показания счетчиков, разделим последний счет пополам». 

Последний счет пополам?.. Другая?.. Что, что это значит?! Я так и сидела с этой запиской в руках и день, и два, пытаясь понять.

Read more...Collapse )
knight

Спаси меня, Валя (журнал "Байкал")

Из рассказов, опубликованных в журнале «Байкал»(https://www.facebook.com/profile.php?id=100008338637571)

На столе остывал чай.

Выпить чаю Куличков не мог, но обыденность весьма утешала в нынешнем его положении.

Он очень старался не быть чаем. После метаморфозы Куличков едва не потерял себя, растекшись по дому и далее, через подвал, к талым водам и в облака через крышу. После отчаянного самоограничения он примерно сосредоточился в однушке панельного дома на окраине серого города. Стал стенами, трусами в шкафу, тараканами, книгами и засохшим яблочным хвостиком под диваном. 

Куличков рассматривал чаинки с потолка, ощущая столешницей горячую тяжесть чашки. Успокоительно было представлять себя отделенным от вещей, плотно сидящим на стуле, дующим на горячее, ковыряющим в носу. Ключ, вонзившийся в замочную скважину, застал его врасплох, как удар кинжала. 

Дверь распахнулась и в квартиру победоносно вступила Валентина. Женщина выдающегося телосложения и прочих душевных качеств, она оставила Куличкова в марте прошлого года. Причиной ее ухода стала великая любовь к старшему из бухгалтеров славного завода «ВышМосКышСталь». 

— Эт-то человек! — сказала она, уходя. — Не перешиби-соплей-задохлик! Будь здоров, Куличков!

Read more...Collapse )
knight

"Маленькие вещи", "Аватар"

Геннадий влюбился в аватарку. Фейсбуковский аккаунт, которому принадлежал пленивший его сердце юзерпик, был мертв. Пятилетней давности картинка с зайцем сменилась три года назад на портрет молодой девушки, вот и все движение на счету «Настя Б». Ни слова в ответ на комментарии, красивые картинки, интересные ссылки. Ушла неделя на то, чтобы прошерстить интернет в поисках Насти. Многие прелестницы в одноклассниках, живом журнале и инстаграме могли оказаться ею, но ни одна фотография не затрагивала в душе Геннадия той струны, чей тихий звон вызывал в нем мгновенное сладкое томление. Приходилось признать, что любовь останется безответной. Геннадий украл аватарку, поставил фоном на телефон и целовал перед сном экран с несколько размытой темноволосой женской головкой, задумчиво склоненной над книгой. Через неделю он почувствовал: любимая родилась в его сердце.

Read more...Collapse )
knight

"Маленькие вещи", марблз.

От Товы Рому досталось десять стеклянных шариков с красной розой внутри. Ему очень хотелось знать, зачем бабушке шарики, но мертвые не отвечают. Наверное, она играла с узкоглазой сиделкой Тришей в маленьком парке возле дома. Това, наклонившись в коляске, бросала дрожащей рукой шарик и мелко хихикала, а Триша кричала: «great!». Ром долго разглядывал их, а потом заскучал и принес в садике.  В уголке за горкой Галь начертил линии, но сжульничал. Ром толкнул Галя, Галь пнул Рома, шарики разлетелись сияющим веером. Девять нашлись, десятый пропал.

Кошка сонно переваривала три садиковские тефтельки на крышке мусорного бака. Шарик, вылетевший через решетку, звонко щелкнул ее по рыжей макушке. Длинным прыжком кошка слетела вниз, в гущу голубей, расклевывающих печенье у калитки, и сквозь панический вихрь крыльев помчалась вниз по улице. Шарик догонял, подскакивая и подсверкивая; устал, прошуршал в сухих лепестках бугенвиллии и замер у бордюра. Через неделю пошли дожди и он поплыл, покачиваясь, под раскаты грома, пока не осел на канализационной решетке.

Лотти опаздывала на работу. Ветер раздраженно рвал сизые сонные тучи, гнал желтые листья по лужам. Усталый день бессильно полз дорожной пробкой, все мимо да мимо остановки. Потоки грязной воды, журча, срывались в решетку слива, оставляя по себе скелеты листьев. Шарик подскакивал среди мусора. Луч солнца прорвался к земле, поджег лужи и выбил алый блик из стеклянного бока. День удивился и проснулся. Шумно выдохнул подъехавший автобус. На работе Лотти выложила находку у монитора и со вздохом пригласила первого посетителя – склочницу Мазаль. 

Мазаль была обижена. Жизнь постоянно ее обкрадывала. Украла волосы, фигуру, любовников. Без спросу забрала детство, улыбку и надежды. Порвала дипломы и граммоты, выгнала пинком на пенсию. Мир зевнул и отвернулся. Но так просто от нее не отделаться! Каждое утро Мазаль приходила в больничную кассу и боролась за справедливость. Пока секретарша записывала жалобу, старуха стянула стеклянный шарик со стола. Потому что ей тоже полагается. Сунула в карман и долго катала в сухих пальцах, пытаясь вспомнить ощущение удачного броска и звонкие высокие подскоки на мраморной плитке. В лифте шарик выпал через дырку в подкладке вязаного кардигана и был подхвачен соседским мальчишкой.

— А зачем вам шарик, вы же бабушка? – спросил Ром.

— А если бабушка, то и не нужно? – обиделась Мазаль. Молодая наглая жизнь стояла перед ней, сцапав последнее.

Ром задумался. Покопался в карманах, в рюкзаке, среди оберток от шоколадных батончиков в боковом кармане. Нашел еще один шарик с красной розой – последний, остальные потерялись. Протянул соседке оба, довольный тем, как все теперь разъяснилось.

— Ну да, просто всем нужны шарики, - сказал твердо. 

knight

Маленькие вещи

—  Это что, спинер? 

У Вадима лоб крутой, как у бабушки Иры. Глаза карие и блестят от жара. Серо за окном и льет, лампочка звенит тонко, сын раскручивает на полу грибок для штопки чулок. Древесина посерела и залоснилась, на внутренней стороне шляпки следы красной краски, на ножке фиолетовыми чернилами «Аня М». Мама мне подписывала, в школу брать, на уроки шитья. Шумел ноябрьский дождь, вечером мама убирала грибок в шкатулку с перламутровым китайцем. Рассматривала мою штопку – звездами, взрывами, складками – цыкала досадливо:

—  Учи тебя, руки-крюки!

Двадцать лет прошло. Кусочки перламутра выпали, китаец шагает на одной ноге, маму похоронили неделю назад.

—  Нет, кролик, это грибок для штопки. Еще прабабушки Рахили. Дай, спрячу.

Но Вадик сжимает пальцы так, что костяшки белеют, глядит исподлобья. Как я на маму семь лет назад. 

—  Стерва! С женатым спуталась? Чужую семью рушишь? Собственного отца увели, и ты туда же? Аборт делай, или не дочь ты мне, слышишь?

Хотела ли я воспользоваться беременностью? Да! Плевать на все, лишь бы он со мной остался. Но не успела. Одно письмо — и мир схлопнулся, как обвалившаяся нора. Выбралась за белым кроличьим хвостом: «мальчик у вас».

Мама штопала Вадику штаны, вздыхала. 

—  Где денег напасешься на новое. Догулялась! Вся в отца своего. Кобель, прости господи...

Что ни вечер — новая дырка на коленках. Сплетаются царапины на деревянной шляпке. Сколько я ей говорила: «не таскай ребенка, пожалей сердце!»

В больнице мама написала письмо: «Анечка, сердце мое, целуй Вадика. Прости.» Строчка сломалась, убежала вниз.

Вадик засыпает под мультики, и я убираю грибок в мамину шкатулку. Прости.

knight

Таки Бетунья

Оберточная бумага в розовых сердечках с треском порвалась, и захваченная врасплох Таки Бетунья заглянула в небольшое круглое зеркало в деревянной раме.

Отражение ухмыльнулось и выпучило глаза в притворном ужасе. Глазные яблоки вывалились из орбит и покатились, оставляя влажные дорожки, по стремительно ветшающим щекам. Кости проступили под тающей кожей. Неопрятный череп в подсыхающих струпьях весело клацнул челюстями, и в зазеркальную глубину посыпались зубы.

«Уложилась в три секунды, — подумала Таки, — чувствуется тренировка!» 

Она аккуратно положила зеркало на стол стеклом вниз и сердечно улыбнулась тете Бель:

— Какая прелесть! 

По сравнению с часами, украшенными ангелочками, страдающими от ожирения, зеркало было просто отличным. Даже жаль, что оно так быстро разобьется.

— То-то же! Гм! — худые теткины руки суетливо потрогали спинку стула и проверили пуговку на растянутой кофте. — Ты ведь девочка… кхм! А в доме — ни одного зеркала! У тебя такой интересный молодой… кхе!.. человек, тебе нужно — кхаа!— заботиться о своей… э-эм!.. внешности!

— Ну, если уж он ухитрился найти что-то в милой Таки даже без зеркала... — двоюродная сестра Миртл округлила губки, пухлым мизинцем сняла табачную крошку с помады и бросила на Курца томный взгляд из-под безукоризненно наклеенных ресниц.

Курц, невысокий приятный молодой человек в белой рубашке, обнял Таки за плечи, поднял зеркало и широко улыбнулся своему отражению, проверяя чистоту зубов. Кажется, избавиться от подарка быстро не удастся.

Read more...Collapse )
Tags:
knight

(no subject)

Серый туман и далекий металлический звон. Темные сырые доски мостков вздрагивают под ударами волн. Щуплая зябкая фигура на краю напрасно вглядывается вдаль - не видно ни зги.
Read more...Collapse )